НА-НА

“Аргументы и Факты”

ОЧЕРК  В. Мартынова

Авторы фотографий:

Даже после самой задушевной беседы вы так и не сможете сказать: “Да, я знаю этих ребят”. Надо дышать с ними одним воздухом, надо вглядеться в мир их глазами. Надо осязать, обонять, ощущать так, как они, — хотя бы попытаться.

Мнения о “На-Не” в ы можете услышать самые разные. Для одних Владимир Политов, Владимир Асимов, Владимир Лёвкин и Слава Жеребкин — безупречные идолы, для других — типичный продукт музыкальной индустрии, музыкального конвейера. И только те, кто хоть раз побывал на их концертах или познакомился с ними поближе, удивляются гармонии взаимоотношений, буйству фантазии и поразительной работоспособности. Наверное, это пройдет, но сейчас “на-найцы” живут публикой, дышат, мыслят ею. И зрители благодарны им за это, за это они их любят. А чтобы полюбить “На-Ну”, нужно просто один раз прийти на концерт.

“На-найцы” подкрались незаметно. Какое-то очень недолгое время два симпатичных мальчика азартно дурачились, рядились то в меха, то чуть ли не в перья, походя демонстрируя великолепное чувство ритма и отточенную пластику. Затем за их упругими спинами застыла мощная фигура Бари Алибасова — и шоу “На-На” стало явлением общенациональным, вроде гимна или герба.

А зрители даже и не поняли толком, как на это реагировать. Интеллектуальная прослойка отработанным движением сморщила носик и принялась отмахиваться, дабы не обвинить самое себя в дурновкусии. “Идейные” рокеры сочли за лучшее просто не заметить. Молодая же поросль впала в фанатизм, граничащий с истерикой. Пресса с трудом скрывала замешательство: хвалить - стало быть опускаться до “низкого жанра”, да еще продажность припишут; не замечать - они везде и всюду, да с такими аншлагами; ругать - в ответ придут мешки писем про то, что журналисты - просто завистливые уроды. В общем, по большому счету, к восприятию этого явления готов не оказался никто, кроме, разумеется, самого Алибасова, который уже 1 7 лет был убежден, что должен сделать бум в мировой музыке.

С периодом “невольного андеграунда” в 70-е годы Алибасов (тогда он руководил “Интегралом”) боролся совершенно сознательно. Он был готов к любым компромиссам с властями, чтобы остаться на сцене, — ибо не представлял себя в кочегарке или дворницкой и предпочитал зарабатывать на жизнь именно сценической деятельностью, не брезгуя, где надо, и закулисной. При этом Бари и сегодня не прочь поговорить о своем святом отношении к сцене, аргументируя бесконечное “отстегивание бабок” все той же “теорией разумного компромисса”.

Едва успев доказать право “Интеграла” на существование, Алибасов обнаружил, что народ уже балдеет от попсы. И сделал ставку на молодого симпатичного басиста “Интеграла” Валеру Юрина, поручив ему петь то, что хочет народ. Под влиянием времени и объективных обстоятельств группа видоизменилась и солистов стало четверо. Их тут же принялись сравнивать с “битлами”, и восприимчивый Алибасов пришел к окончательному решению - ничего не надо придумывать, все схемы и рецепты уже есть, а технология успеха одна. И лихим мичуринским методом скрестив попсу с “Битлз” и “Интегралом”, он вырастил плод, который не только прижился в изменчивом российском климате, но и стол активно плодоносить.

При невнимательном прослушивании кажется, что в музыкальном отношении “На-На” - прямой наследник почившего сиротского стиля, родившегося в СССР, благодаря Перестройке.

Тем не менее в “На-Не” другое. Песни пишут, аранжируют и репетируют квалифицированные музыканты, которых не пугает страшное слово “партитура”. А главное, у группы Алибасова всегда бьет фонтан “первичных мелодий” (то есть не “слизанных” и слегка переделанных, а своих собственных). Многие сразу же становятся шлягерами, “цепляют” и надолго запоминаются. А ведь именно эти качества - красота и зопоминаемость мелодий обессмертили музыку всех великих от Баха до Оффенбаха. Плюс приятные голоса солистов, их хорошая музыкальная “выделка”, “живой звук” на концертах. Вот вам и безотказный механизм успеха.

Да, “На-На” есть не что иное, как отлично налаженный музыкальный автомат. Чуткое ухо Бари ловит импульсы, исходящие из зала, и спрос рождает предложение. Бросьте монетку в этот автомат - и вам сыграют все, что захотите. И при этом любой мусор превратят в конфетку.

Автомат автоматом, но состоит-то он из живых людей, которых наиболее рафинированная часть аудитории склонна считать винтиками в конструкции, изобретенной Алибасовым.. Более того, ставить им это в упрек. Напрасно. Представьте, что вам 20 лет, у вас тренированное тело и симпатичная мордашка. И нормальное для любого юноши желание прославиться. Вы случайно узнаете про конкурс в “На-На”, идете попытать счастья и попадаете в группу, минуя тысячи конкурентов.

Ответьте честно хотя бы самому себе - вы бы отказались? Разумеется, они приняли жестокие условия игры, предложенные Алибасовым. Бесконечные репетиции, а затем - бесконечные концерты. Когда у Алибасова спрашивают: “Это, наверное, плохо — играть по два концерта в день?”, он отвечает: “Конечно, плохо — лучше бы по четыре. Это приносит мастерство, очень тонкое ощущение публики и, разумеется, дает возможность хорошо заработать. А что еще нужно для того, чтобы выходить на сцену?”

Нужна индивидуальность, которой во многочисленных интервью с “на-найцами” не отыщешь, хоть плачь, — что наводит на мысль о многочисленных алибасовских табу на информацию для журналистов. И потом у каждого наверняка есть свои музыкальные пристрастия, которые он должен подавлять во имя воплощения алибасовской идеи.

— Все правильно. Я всегда был диктатором, но только в области репертуарной политики, а никак не в плане подавления личности. Они до сих пор хотят петь другое, даже пишут свою музыку. А что касается моей “диктовки” — конечно, темы для интервью согласованы, и это естественно. Все звезды живут по легенде. Знаете, когда у “на-найцев” будет мой житейский опыт, у них будет индивидуальный подход ко всем вопросам.

Они вовсе не так примитивны, как кажется на первый взгляд, у каждого есть свое “дно”, но им, действительно, еще не время его показывать. Каждый из них еще наверняка сделает в музыке что-то стоящее. А пока они не слишком напрягают свои молодые мозги. Дайте им наиграться.

Произошло это очень быстро. Шоу Бари Алибасова “На-На” стало явлением общенациональным, вроде национальной символики. Но, в отличие от гимна, текст которого заучивался нашими согражданами разве что по принуждению, песни “На-На” знают все — даже те, кто их не любит. А не любят их, как правило, слишком крутые рокеры — за принадлежность к “nonce” — и “высоколобые” интеллектуалы — за незатейливость текстов и мелодий.

Защищать “на-найцев” перед этой довольно немногочисленной публикой, в общем, глупо — на всех не угодишь, да и обращать всех и каждого в “на-найскую веру” бессмысленно. если человека музыка не трогает, если это не его музыка — нужно ли убеждать его в обратном? Тем более, что на внимание этих слоев аудитории “На-На” никоим образом не рассчитывает и не претендует, а защищать от яростных атак “на-найских” поклонников чаще всего приходится именно критиков группы.

Начинали они вроде бы по-тихому, не всерьез. Да, скачут по сцене разряженные мальчики с симпатичными мордашками и приятными голосами, поют простые песенки — ну и что? Солисты нередко воспринимались поначалу чуть ли не близнецами — казалось, убери одного, замени новеньким — никто и не заметит. Однако прошло пять лет — пять лет суровой алибасовской “дрессировки”, — и мальчишки превратились в мужчин.

Эти пять лет — может быть, благодаря тому, что они пели “чужое, как свое”, а может быть, вопреки этому — сформировали их индивидуальные музыкальные пристрастия. Определили для каждого собственный стиль общения с публикой. В конце концов, научили работать — так вряд ли кто у нас способен. Спаяли их и профессионально и человечески так крепко, что если выдернуть из четверки одного — группы “На-На” не будет.

“На-низация всей страны” не была нахрапистым прорывом “на авось” — Алибасов точно знал, чего хотел, как этого можно добиться. “На-На” оставила позади всех конкурентов именно потому, что путь ее был четко определен: начать с примитива и забить его профессионализмом, завоевать массового зрителя.

Высокое искусство элитарно, тотального поклонения и бешеной кассы оно не принесет — а для того, чтобы иметь возможность не просто выступать, но и совершенствоваться, нужна именно касса, нужны средства — их может дать только любовь и преданность широких народных масс, которые будут осаждать концертные залы и покупать билеты втридорога.

Потом, когда вас узнают и полюбят, можно экспериментировать, можно петь все, что угодно, — от народных песен до городских романсов и “Хабанеры” из оперы “Кармен”. Можно петь в сопровождении экзотических ансамблей из Бурундии и Боливии, можно пригласить к себе в компанию Олега Лундстрема и Веронику Дударову, эскимосско-чукотский ансамбль “Эргырон”. Впрочем, это все прикладное.

У группы “На-На” есть главное — настоящий фонтан “первичных” мелодий — то есть не “слизанных” и слегка переделанных, а своих собственных. Многие из них почти сразу же становятся шлягерами, “цепляют” и запоминаются надолго. А ведь именно эти качества — красота и запоминаемость мелодий — обессмертили музыку всех великих, Так что у группы “На-На” есть немалые шансы войти в историю музыки и стать классикой эстрады двадцатого века — как бы странно это сегодня ни звучало. Сегодня они не просто профессиональные артисты — они любимые артисты.

Они могут прилететь в чужую страну, двенадцать часов провести в дороге, перекусив попутными бутербродами, подняться на холодную площадку за час до концерта, настроить аппаратуру, размяться и вовремя врубить трехчасовой концерт — без репетиции, вживую, каждое движение будет отточено и никто не собьется — но не это главное. Каждый зритель в зале будет чувствовать, что эти ребята сейчас выкладываются для него — и это будет правдой.

Можно уважать их работу за профессионализм, за отлаженность, выверенность каждого выступления, за режиссуру, сценические эффекты — но любить... Любят их не за это. Многочисленные костюмы, нарочитая аккуратность, корректность поведения на сцене, постоянные поиски новых жанров и направлений — это не просто внешние эффекты, за этим — искреннее уважение к каждому, кто их смотрит и слушает. Не случайно их любят самые разные люди, публика — не дура, в главном ее не обманешь.

При таком бешеном успехе в “на-найцах” отсутствуют даже малейшие признаки “звездной болезни” — “потогонная система” Алибасова и постоянная “жизнь вчетвером” (отнюдь не половая жизнь имеется в виду) дают возможность осознать и цену успеха, и губительный результат личных амбиций. Каждый из них еще сделает в музыке что-то стоящее, что-то свое — к этому уже сегодня есть множество предпосылок. А пока они вместе, им хорошо, и они играют в “На-На” — играют для вас.