шоу бари алибасова
официальный сайт группы

НА-НА

По концертам звонить:

Офис: +7 (495) 691 52 92 с 10.00 до 18.00 моск.

Заказать концерт +7 (929) 909 99 50, +7 (929) 909 99 80

Рейтинг:  5 / 5

Звезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активнаЗвезда активна
 

АЛИБАСОВ рассказывает о группе ИНТЕГРАЛ. Интервью.

Интервью алибасова.
Автор фотографий:
«Интеграл» был настолько не похож на вокально-инструментальные ансамбли, что даже чиновники Министерства культуры не знали, куда его засунуть. Поэтому в разделе «рок-музыка» в Советском Союзе официально числился один коллектив — «Интеграл», больше никого там не было (Бари Алибасов).

Максим Семеляк:
Худрук советской рок-группы «Интеграл», создатель первого в стране бойз-бэнда «На-на», мыслитель, острослов и либертен Бари Алибасов объясняет, куда катится местная поп-музыка.
— Вы не помните, откуда вообще взялось само слово «попса»? В какой момент оно появилось?
intervyu_Alibasov-integral_140X140

— А до этого не было никакого специального жаргонного обозначения поп-музыки?
— В советское время это называлось «вокально-инструментальный жанр». И «Интеграл», кстати, был единственной рок-группой. Я тут недавно наткнулся в интернете на дискуссию между эмигрантами по поводу Советского Союза — они там ностальгируют и говорят, что вот-де рок, конечно, запрещали, но не было никаких официальных документов. Как это, позвольте, не было? Был, например, официальный приказ, запрещающий петь под фонограмму, запрещающий иметь более двадцати процентов собственных произведений в программе, а собственные песни были запрещены, если ты не член Союза композиторов.
Потом был приказ с вполне конкретным перечислением зарубежных и российских коллективов, запрещенных для так называемого массового использования, — Deep Purple, Led Zeppelin и какие-то российские коллективы, в том числе и «Интеграл». Но в Министерстве культуры, как, наверное, и сейчас, один отдел не знал, что делает другой. Не может быть такого, что у коллектива есть гастрольное удостоверение, подписанное и выдаваемое Министерством культуры, кроме того,исполнитель аттестован как профессиональный артист, а выступать ему нельзя.

— А аттестат — это был пожизненный пропуск на сцену?
— Нет, аттестат давался на пять лет, и каждые пять лет происходила переаттестация. И вот Министерство культуры выдает документ, дающий право на гастроли, а идеологический отдел ЦК КПСС запрещает. Так и было с «Интегралом». Мы никогда не звучали ни на радио, ни на телевидении.

— Постойте, а как же «Не бойся, я с тобой!», там же «Интеграл», насколько я помню, вовсю звучит?
— А кино — это была другая организация. И в кино мы снимались, в той же «Звезде и смерти Хоакина Мурьеты» на музыку Леши Рыбникова. Но с кино тоже были свои проблемы. Когда «Мелодия» выпускала песни Полада Бюль-Бюль-оглы к «Не бойся, я с тобой!» (а в фильме очень много музыки исполнял «Интеграл»), там поставили условие — либо мы не ставим имя «Интеграл» на пластинке, либо эти песни вообще не входят. Мне позвонил Полад, объяснил ситуацию, я сказал: «Да не проблема, естественно, пусть выходят, кому надо — тот узнает».

— Конец восьмидесятых все-таки больше ассоциируется не с поп-музыкой, а с русским роком. У вас с ним какие отношения были?
— «Интеграл» был настолько не похож на вокально-инструментальные ансамбли, что даже чиновники Министерства культуры не знали, куда его засунуть. Поэтому в разделе «рок-музыка» в Советском Союзе официально числился один коллектив — «Интеграл», больше никого там не было. Причем аттестация происходила раз в пять лет, а тарификация — раз в год. И в одной тарификации мы числились как ВИА, а в следующей — уже как рок-группа, ну и так далее.
Вообще, конечно, жанровая принадлежность в те годы определялась очень точно и значила многое. Надо отдать должное советской музыковедческой школе и музыкальной критике — это были профессионалы, в отличие от современных. Сейчас умеют только перечислять имена и названия, и кто какой звукозаписывающей компании принадлежит, и все это подается с невиданным пиететом, а в суть и глубину никто не может вникнуть. Я за последние сорок четыре года прочитал, может быть, три внятные статьи про музыку. Это естественно — образование-то уничтожено напрочь. Идеологи и теоретики марксизма-ленинизма, по меньшей мере, были профессионалы.

Что до рокеров, то у нас были совершенно разные мотивации в момент, когда мы так или иначе прикасались к музыкальным инструментам. Тогда бытовала теория, что лучше играть для себя в кочегарке, но настоящую музыку. На самом деле, когда хлынул вместе с перестройкой весь этот поток, и повалили через вышеупомянутую программу «Взгляд» эти подпольные коллективы, меня они откровенно раздражали. Во-первых, своей политичностью, а во-вторых, полной беспомощностью в музыкальном отношении. Как музыканты они были очень плохие. А как актуальные политологи — тем более.
В те времена газеты были более откровенны, оперативны, адекватны, и самое главное — более вразумительны в оценках, чем эти песни. Мы ждем перемен! Ну и ждите — каких перемен? В какую сторону? Собственно, группа «Кино» раскрутилась благодаря Сереже Соловьеву и его «Ассе». Когда впервые увидели, как можно реагировать на рок-группу — ну как же, весь советский народ вверх руки задирает. Контровой свет — и на этом фоне лес рук. Такой реакции раньше на концертах просто не разрешалось, были же специальные разнарядки — свист запрещается, крики. И я не очень любил всю эту публику, хотя в то время был очень сильно политизирован.

— В чем выражалась политизированность?
— Ну, например, дважды стоял в кольце от Зеленограда до Белорусского вокзала за Ельцина. Меня больше занимала актуальная политика, чем не первой свежести установки этих рок-музыкантов. События менялись куда радикальнее, чем эти их песни. Советский Союз исчез за три дня, а они все еще поют об этом. И по сегодняшний день наши музыканты оставляют желать лучшего.

— Почему, по-вашему, так происходит?
— Это естественно, если нет среды, в которой формируется понимание инструментальной культуры. Я вот полуглухой, потому что до сегодняшнего дня в инструментальном ансамбле у нас отсутствует культура аккомпанемента. По сей день считается, что чем громче играет музыкант, тем он круче, профессиональнее. Виртуоз. У меня до драки доходило дело с музыкантами! Я однажды Юрину, гитаристу «На-на», просто разбил башку стойкой. А у меня с репетиции запрещалось уходить, ну он пошел, купил каску хоккейную, ну и в каске играл на репетиции. Потому что ну невозможно с ним. Я предпочитаю музыку, а он предпочитает только соло-гитару. И у него была такая педаль, и я вкрутил туда винтик, чтобы он эту педаль не нажимал до конца. Представляешь, уровень! А нам же приходилось много общаться с американскими музыкантами — там совершенно другое отношение к звуку.

— В чем разница?
— Разница в том непередаваемом состоянии музыки, которое меняется с каждым звуком. Для американских музыкантов аккомпанемент приносит больше удовольствия, чем какой-нибудь самый громкий запил на гитаре. У них есть драйв, и есть состояние биофизиологического ритма, в котором одинаково все торчат, и важно слышать друг друга. Это как в сексе — когда есть взаимность, то и стоит без проблем. Как только напряги начинаются, все падает.
Вот у нас все и играют с вечно опущенным х… из-за этих соло. Невозможно заставить людей играть в ансамбле. И так играли поголовно все — лишь бы на полной громкости, это и считалось здесь музыкой. И до сих пор так. Впрочем, сейчас-то все более-менее устаканилось — просто музыкантов вообще не осталось, а в студии все что угодно отрегулируют по уровню на компьютере. Я сегодня смотрю на тогдашних музыкантов — они как слушали рок и хэви-метал, популярные тогда, так они по сей день остаются их агрессивными защитниками. Так не бывает, человек-то должен совершенствоваться, диапазон должен развиваться. Нельзя зацикливаться на музыке своей юности.
Ну, я вот торчал от рок-н-ролла, а еще раньше от джаза — и что ж это, на всю жизнь? Нет, конечно, со временем приходит понимание, что звуки, которые нас окружают, куда многообразнее. А эти остаются фанатами какого-то хэви- метала! Им по пятьдесят, уже седые яйца, а они как начинали с узколобым сознанием, с таким и живут до сих пор. Меня удивляет, когда взрослые музыканты говорят про клубную музыку, мол, что это такое, бум-бум-бум и все дела. А клубная музыка настолько же разнообразна! Просто ее надо почувствовать, там другое состояние, в нее надо воткнуться. И тогда ты услышишь все многообразие. Вообще, эта проблема зашоренности всегда будет в мире, где нет закваски, где музыка органично развивалась бы в любом направлении в зависимости от поколений и мировоззрений. Поэтому и остаются борцы за права рока перед попсой.
Когда я это почувствовал в конце восьмидесятых годов, то бросил рок-музыку и сделал группу «На-на». Мне не хотелось становиться в один ряд с этой хренью под названием «рок-музыка». Я считаю, что местная рок-музыка на «Интеграле» началась, на «Интеграле» она и закончилась. И я решил сделать совок — то, с чем всю жизнь боролся. Сделать группу на основе традиционного для России музыкального жанра, который называется «советская песня». Этот минор, он заложен в этногенез местного сознания, — мы же явно выходцы из Средиземноморья.

— А в «Интеграле» откуда эта закваска?
— В «Интеграле» всегда были безупречные музыканты. Потрясающий гитарист Юрка Ильченко. Не менее потрясающий гитарист Сережка Перегуда. Несмотря на то, что мы дистанцировались от тогдашних джазменов — а тогда был джаз-рок в моде, — когда приходили на наши концерты тот же Алексей Козлов или не менее яркий саксофонист Малышев, или Зацепин, или Тухманов, или Леша Рыбников, они поражались в первую очередь исполнительскому мастерству инструменталистов. На «Интеграл» в те времена невозможно было попасть на концерты — и менты стояли с собаками, и пограничников вызывали, потому что люди с билетами не могли пройти. А у «Интеграла» не было ни одного хита! Люди ходили за эмоциями.

— Какой период был самым благоприятным для местной поп-музыки?
— Потрясающий период не только для попсы, вообще для любой здешней музыки — это примерно 94-97-е годы.
— Почему?
— Вдруг на основе конкуренции стало появляться огромное количество звукозаписывающих компаний. Не всегда, конечно, в честной борьбе, но это основа любой конкуренции. Конечно, это был нерегулируемый капитализм, бандитский, какой угодно, — но конкуренция была. И тогда каждая компания понимала — чтобы удержаться на рынке, ты должен предложить нечто оригинальное. И вдруг у людей стали просыпаться вкусы. Вкус на «Коррозию металла», вкус на «Иванушек», вкус на «Блестящих», на Линду, на «Мумий Тролль», на «Ленинград».
Практически весь спектр мировой музыкальной индустрии в те годы здесь был отражен, даже рэп появился. Я уж не говорю про электронную музыку. Все артисты, выстрелившие тогда, до сих пор существуют, потому что они зародились в естественной среде обитания, они не искусственные.
Все было очень разное — совершенно невозможно сравнивать группу «Иванушки» и группу «На-на». Эта многожанровая история появилась благодаря конкуренции. Артисты не платили за телевидение! Индустрия обретала лицо, присущее физическим законам вселенной. А потом случился кризис, и денег ни у кого не стало. Самое смешное, что в период, о котором я говорю, звукозаписывающие компании принялись выплачивать сумасшедшие — даже по нынешним временам, а уж для тех лет тем более, — гонорары за альбом.

— Это сколько, например?
— Мы за альбом «Прикинь, да» — для меня это лучший в музыкальном отношении альбом «На-на» — получили четыреста двадцать тысяч долларов. За предыдущий альбом — двести пятьдесят тысяч.

— А почему вдруг в этом завертелись такие деньги?
— Конкуренция, я ж говорю. Потому что у людей появилось отчетливое понимание того, что они имеют право выбора. Можно выбрать Зюганова, можно Ельцина, можно ДДТ, можно «На-на». Я когда в первый раз попал за границу, в Прагу, с группой «На-на», это был восемьдесят девятый год, мне ни во сне, ни в моих фантазиях — а уж я человек с фантазией — никогда бы не пришло в голову, что можно выбирать из такого количества сыров и колбас. Потому что в 89-м году в «Шереметьево» все прилавки были заставлены водой «Ессентуки». Больше не было вообще ничего.

— Что с музыкой вообще происходит?
— Современная музыкальная индустрия сдохла напрочь — благодаря интернету. Если уж даже Мадонна изменила своей звукозаписывающей компании впервые за двадцать лет и подписала договор на десять лет с антрепренерской компанией. Бог и царь музыкальной индустрии Тони Моттола вообще расстался с работой. Все. На сегодняшний день выживание настолько дробно, настолько дифференцировано, что просто нерентабельно издавать по сто песен и по сто пластинок. Если говорить о России, то у нас в стране просто умерла гастрольная система, умер институт импресарио. У нас нет звукорежиссеров. Исчезли как класс.

— Это потому, что советская школа звукорежиссуры умерла, а новой не появилось?
— Да не было никакой советской школы! В то время выпускали звукорежиссеров только для студий — кино, телевидения. Их было так мало, что даже и там не хватало. Эти люди по тридцать-сорок лет работают. Приходишь иной раз куда-нибудь, а там все те же сидят. Меня приходят снимать для телевизора три-четыре раза в неделю.
Процентов тридцать после этого звонят: «Можно переснять? У нас брак по свету, по звуку, по картинке». А это профессиональные телеканалы! И у них два микрофона! А у «Интеграла» было сорок два микрофона на сцене, и за балансом надо следить. При этом звучало все настолько безупречно, что Тухманов с Зацепиным не верили своим ушам. Но это надо было дрочить звукорежиссеров, учить их держать баланс. Кто это сейчас может?
Есть, конечно, какие-то звукорежиссеры, но они будут стоить тыщи полторы за концерт, кто таких возьмет на работу? Главное действующее лицо сейчас — это х.. под названием продюсер. Он издатель, он агент, он пиарщик, он импресарио, он менеджер, он юрист. Самое смешное, любой американец в таком положении получил бы тысячу лет тюрьмы. Потому что даже совмещение должностей агента и менеджера — это уже тюрьма. В Америке в начале шестидесятых был знаменитый процесс, когда обнаружилось, что некоторые радиодиджеи работают консультантами в звукозаписывающих компаниях.
Этим вопросом занимался Конгресс США! Потому что это было нарушение основополагающего закона жизни. Гражданин США лишается права выбора — дураку понятно, какие песни ставит диджей, если он работает на звукозаписывающую компанию. И Конгресс США выступил с запретом на совмещение профессий. И всех диджеев, которые были пойманы, лишили права работы на всю жизнь. И даже Алан Фрид, который вообще придумал сам термин «рок-н-ролл», был изгнан. Отчего Алан Фрид через два года и помер, потому что запил. Вот так работает нормальная система. Жить надо по законам среды обитания.

А у современных продюсеров главное слово — «проект»… Это они артистов и музыкантов так называют. Молодцы. А лучше бы еще назвали «узлом». Или «деталью»! Вот депутаты собираются запретить фанеру. Но фанера — это средство монополизации, это симптом. А болезнь — отсутствие антимонопольного законодательства. Чем закончился эксперимент с монополизацией, мы знаем — Советский Союз, который казался вечным, приказал долго жить. Нестабильность — это свойство вселенной, а тут была попытка организации вечного кайфа — разумеется, ничего не вышло.

— Ну, здешняя поп-музыка, так или иначе, всегда соответствует генеральной линии, ей же вменяется в обязанность объединять людей?
— Нет, это именно многообразие объединяет. Единообразие как раз нацию разделяет. Потому что люди ходят, слушают одно и то же и плюются — сколько же можно слушать это говно? Люди думают, что продюсер выбирает лучших. А он не выбирает лучших! Он выбирает под себя. Лучшие всегда строптивы от природы, какой же монополист будет держать лучшего? Наоборот, надо уничтожить все талантливое, яркое, самобытное, непохожее. Продюсеру нужно выжать из артиста максимум за первый год. Один раз ты прокатываешь его по стране, только один, потому что второй раз на это говно никто не пойдет.
А зачем продюсеру вкладывать в артиста сумасшедшие деньги, когда он у него на один раз, как гондон? Вместо этого он запускает его по сумасшедшим гонорарам. Двадцатку с тура, с каждого концерта. Концертов мало. Владелец аппаратуры, он тоже в своем городе единственный — соответственно он заламывает цену за свет, за звук по три штуки. Залы тоже заламывают сумасшедшие цены. Телевизионщики в свою очередь. То есть каждый сам себе монополист. Хитрожопые посредники объявляют сразу двадцать исполнителей, причем даже не тратятся на расклейку, не то что на телевидение. На телевидение вообще давно никто не тратится! Отсюда и получается средняя цена билета — сорок долларов. А зарплата — двести. То есть, если вдвоем пойти, — ползарплаты.

(Кстати, в 94-97-м реклама концертов стоила десять процентов от рекламы известных брендов. Сейчас реклама концертов на телевидении стоит столько же, сколько Coca-cola. Как это может быть?) В результате вся гастрольная деятельность на сегодняшний день просто уничтожена. До семидесяти процентов отмены концертов. Нет импресарио…

— Ну почему, концерты происходят и как-то организуются, и я знаю директоров довольно успешных групп, которые…
— …Так эти директора групп сидят на телефоне и ждут заказников! Вот и вся профессия. Собственно организацией никто не занимается.
— Должен сказать, что двадцать тысяч за концерт, которые вы упомянули, — это не самый плохой гонорар.
— Так у артиста из этой двадцатки остается пятьдесят долларов. Все остальное уходит на посредников, на телевидение, на студию, на костюмы, на пиар. Все артисты, включая Пугачеву и Киркорова, — нищие. Вон сейчас Киркоров делает юбилейные концерты, что, у него есть деньги? Как же. Спасибо, Борис Исаакович Шпигель помог. А зачем обращаться к Борису Исааковичу, если ты Мадонна или Майкл Джексон?
Все же понятно. А в 94-97-м индустрия сама зарабатывала. И те деньги, которые мы зарабатывали, мы тратили на творчество. «На-на» в те годы летала на самолете, у нас коллектив был 54 человека! Потому что звукозаписывающая компания оплачивала и альбом, и его раскрутку. А поскольку в большинстве случаев те, кто владел компанией, владел и телеканалом, и радиостанцией, то проблем с трансляцией не было. Разумеется, для того, чтобы бизнес развивался, все договорились, что реклама концертов должна стоить значительно дешевле, чем реклама зарубежных брендов. Все тогда понимали, что нельзя ставить в один ряд оборот местного шоу-бизнеса, который только вставал на ноги, и оборот кока-колы.

Недавно отменены были полностью: тур Лазарева, тур Леонтьева, тур Долиной, тур Баскова. У Тимати максимальный сбор был сто билетов. И это все имена, и артисты хорошие. А даже им уже не верят. Но это не главная причина. Главная причина, что билет на концерт стоит тридцать процентов от зарплаты. Я в Лас-Вегасе иду на самые крутые шоу в мире с сумасшедшей техникой — билет стоит восемьдесят долларов. В советское время билет стоил два тридцать. А зарплата была сто двадцать. Так что те, кто еще ходит сейчас на концерты, сидят и ждут своего исполнителя, чтобы сходить на него раз в год. Все уничтожено.

— На Пола Анку в Москве билет вообще десять тысяч стоит и это не в театр, а в ангар Б1 с чудовищным звуком.
— Так ведь есть же масса проходимцев и дилетантов. В Набережных Челнах я насчитал — в один день «На-на», Кузьмин, и на следующий день Лайма Вайкуле. И все это проводят разные посредники. Не может быть с такими дорогими билетами три исполнителя в городе практически в один день. Денег нет таких у народа. Поэтому должен быть закон о лицензировании концертной деятельности. Потому что все абсолютно безответственны.

В общем, дилетантство… Вот я тебе расскажу случай. Я был тут на концерте Нани Брегвадзе. Пианист и она. Два микрофона. Она поет необычно, очень тихо, это ее манера. А микрофон настроен на обычный голос, а когда поешь тихо, вперед прут шипящие и свистящие звуки, и ничего не слышно. Болван сидит за пультом! В какой-то момент он попытался поднять звук, и все вообще зафонило. Два микрофона всего! А он не может справиться. О чем тут можно говорить? Ну, я, чтобы как-то сгладить неловкость, зашел к Нани в антракте и сказал: «Видишь, как вредно петь живьем».

Комментарии   

Алиса- kbcf
#7 Алиса- kbcf 06.06.2013 09:27
админ как с тобой связатся? у меня другой электрящик, или нужно все снова перерегистриров атся
Цитировать
Если не зазнались!!!
#6 Если не зазнались!!! 10.02.2012 02:15
Алибасс бросай всё приезжай отдохнём!!!!!!!
Цитировать
Если не зазнались!!!
#5 Если не зазнались!!! 10.02.2012 02:05
Вы играли в разных группах, если старое не забываете, значит Вы его помните!!! А я его сын!
Цитировать
Если не зазнались!!!
#4 Если не зазнались!!! 10.02.2012 02:02
Юра Самарин из прошлого из Уськи!!!!!!!!
Цитировать
Если не зазнались!!!
#3 Если не зазнались!!! 10.02.2012 02:01
Юра Самарин привет передаёт! +79101051089
Цитировать
Павел
#2 Павел 12.02.2011 05:25
насчет телевидения не соглашусь - Интеграл как-то по Утренней почте показывали с песней про лапти липовые. я так про эту группу и узнал )) а когда они во Владивосток призежали - на морозе часа 1.5 простоял за билетами
Цитировать
Guest
#1 Guest 28.10.2010 12:21
Bari, I absolutely agree with every f..cking word.
Цитировать
интеграл 1967 КРАХИН СТЕФ АЛИБ АРАП чистый фон ре бк сайт ребк меньше Копировать
()
DSC05917
()
К комментариям